Календарь на 8-е апреля
Одним из первых в Испании получил разрешение на новые открытия в западной полосе Атлантического океана штурман Педро Алонсо (Пералонсо) Ниньо, участник трех экспедиций Колумба. Средства для снаряжения небольшого судна (около 50 т), с командой в 33 человека, дал ему севильский банкир Луис Герра при условии, что капитаном будет его брат Кристоваль Герра, и братья, конечно, выговорили себе львиную долю добычи. Они отплыли в начале июня 1499 г., а уже в начале июля судно прошло через «Пасть Змеи» в залив Пария и наткнулось на 18 лодок с индейцами, которые обстреляли испанцев стрелами. Ниньо достиг п-ова Пария и на плоском берегу запасся грузом бразильского дерева. Через «Пасти Дракона» он вышел в Карибское море и первым ступил на остров Маргарита, где закупил очень много жемчуга. Затем испанцы обогнули п-ов Арая, завершив его открытие, высадились на материк и в августе обнаружили залив Карьяко. Успешные торговые операции продолжались в сентябре и октябре; за это время моряки проследовали на запад вдоль берега, получившего название Жемчужного благодаря богатому урожаю жемчуга, собранному ими. Ниньо выяснил, что западнее лежит страна, где можно достать золото, и испанцы не отказались т возможности овладеть им. Они продвинулись до мыса Кодера, у 66° з. д., открыв участок Жемчужного берега длиной 300 км, а затем течение ноября и декабря медленно шли дальше на запад и снимались выгодными сделками. Моряки приобретали и живность — диких кошек, обезьян и попугаев. Попытка высадиться на берег примерно у 68° з. д. провалилась — этому воспрепятствовал двухтысячный отряд индейцев: раньше здесь уже побывали люди Охеды и испортили отношения с местным населением. Ниньо вернулся к гостеприимным индейцам, и почти весь январь 1500 г. приобретал жемчуг. В общей сложности испанцы получили более 38 кг этого дара моря за копеечную цену. Никогда еще в Испанию не поступала одновременно такая масса жемчуга, ни одно заморское испанское предприятие XV в. не обогатило так его инициаторов и участников
Метки:
Метки:
Метки:
Метки:
Метки:
Метки:
Метки:
Метки:
- русский генерал, топограф, путешественник.Рано лишился родителей и воспитывался у своей тетки. В 1820 году поступил в Гессенский университет, где слушал лекции по математике, статистике и по различным юридическим дисциплинам. Весной 1823 года Бларамберг по приглашению своего дяди, известного археолога И. П. Бларамберга, появился в России и поселился у своих московских родственников. В течение года он изучал русский язык, историю и географию, совершенствовался во французской литературе, математике и рисовании, в 1824 году принял российское подданство. В 1825 году Бларамберг переехал в Петербург и поступил в Институт Корпуса инженеров путей сообщения, который окончил в 1828 году и получил чин поручика. Его служба началась на Балканах, где он зарисовывал поля сражений русско-турецкой войны 1828–1829 гг., сцены боев и памятники архитектуры, а также собирал монеты, старое оружие и другие предметы старины. В 1830 году Бларамберг был переведен в Генеральный штаб и назначен в Отдельный Кавказский корпус, в составе которого участвовал в боевых действиях и был награжден орденом Св. Владимира 4 степени и золотой шпагой «за храбрость». В течение 1832–1833 гг. он проводил большую работу по описанию Кавказа, за что получил крупное денежное вознаграждение и орден Св. Станислава 3 степени, затем в составе экспедиции Г. С. Карелина занимался изучением берегов Каспийского моря. Результаты этой работы были опубликованы им в 1850 году в издании ИРГО, в которое он был принят сразу после основания Общества в 1845 году по рекомендации его основателей Ф. П. Литке и Ф. П. Врангеля. Много лет посвятил Бларамберг работе в Средней Азии, Персии, Афганистане, участвовал в боевых действиях. В 1839 году он подготовил и отправил в Петербург докладную записку под названием «Взгляд на современные события в Афганистане» и обзорную работу «Сведения об Хоросане, Четырех Оймаках, гезаре, узбеках, Сеистане, Белуджистане и Афганистане», в 1840 году обстоятельную записку «Осада города Герата, предпринятая персидской армией под предводительством Магомед-шаха в 1837 и 1838 годах» и «Статистическое обозрение Персии». С 1843 года Бларамберг исполнял обязанности обер-квартирмейстера Отдельного Оренбургского корпуса, а с 1845 года он уже полковник и полноправный обер-квартирмейстер. Под его руководством осуществлялась топографическая съемка Киргизской степи, Устюрта, Южного Урала. За отличия в военных действиях против Коканда Бларамберг в октябре 1852 года был произведен в генерал-майоры, а через три года переведен в Петербург в распоряжение военного министра и генерал-квартирмейстера Главного штаба. Итогом многолетней его работы в Оренбурге явился труд «Военно-статистическое обозрение земель киргиз-кайсаков Внутренней (Букеевской) и Зауральской (Малой) орды Оренбургского ведомства по рекогносцировкам и материалам, собранным на месте, составленное обер-квартирмейстером Оренбургского корпуса Генерального штаба полковником Бларамбергом». В Петербурге Бларамберг руководил составлением «Генеральной карты Российской империи», в 1862 году был произведен в генерал-лейтенанты; в 1863 году его назначили управляющим Военно-топографической частью Главного управления Генерального штаба, в 1866 году – начальником Военно-топографического отдела Главного штаба и начальником Корпуса военных топографов. В 1869 году он стал членом Военно-ученого комитета Главного штаба, а в октябре 1869 года – членом Комиссии при Военном министерстве для распределения пособий. На этом его блестящая полная событий карьера закончилась. Остаток жизни Бларамберг провел в имении своей жены на речке Черной близ Севастополя. Здесь он писал и готовил к печати воспоминания, вышедшие в 1872–1875 гг. в Берлине на немецком языке. Его именем названа гора на крайнем северо-востоке острова Эдж, архипелага Шпицберген. Названа немецким географом А. Петерманом.
Метки:
"В некоторых селениях их принимали не только радушно, но почти с восторгом. «В Сокне,— рассказывает Денем,— правитель выехал нам навстречу и приветствовал нас за чертой города. С ним были другие важные лица и много простых жителей; охваченные, по - видимому, чистосердечной радостью, туземцы толпились вокруг наших коней и целовали нам руки. Так мы въехали в город. Слова «Инглези! Инглези!» звучали в толпе, и эта встреча доставила нам тем больше удовольствия, что мы были первыми европейцами, не изменившими своей одежды. Я уверен, что прием был бы менее дружественным, если бы мы пытались выдать себя за магометан и унизились бы до роли обманщиков». Но в Мурзуке начались такие же вымогательства, какие в свое время привели к неудаче путешествие Хорнемана. Впрочем, теперь изменились и обстоятельства, и люди. Не позволяя себе обольщаться великими почестями, которыми осыпал их султан, англичане не забывали о своей цели и требовали конвоя, нужного им, чтобы доехать до Борну. «Выехать раньше весны нельзя,— твердили им в ответ,— потому что собрать «кафила», то есть каравай, и отряд для сопровождения его по пустынному краю очень трудно». Однако богатый купец, по имени Бу - Бакер - Бу - Халум, близкий друг паши, намекнул англичанам, что за некоторую мзду он может уладить все затруднения. Он даже брался проводить их в Борну, куда и сам отправился бы, будь у него разрешение триполитанского паши. Денем, поверив в правдивость слов Бу - Халума, решил, что надо получить это разрешение, и отправился в Триполи. Выслушав уклончивый ответ, он пригрозил, что сядет на корабль и уедет в Англию. Там, говорил Денем, он расскажет, какие препятствия паша чинит выполнению порученной ему миссии. Эти угрозы не возымели никакого действия. Тогда Денем взошел на корабль и уже готовился отплыть в Марсель; однако в последний момент он получил от бея успокоительное послание, в котором тот звал его обратно и соглашался дать Бу - Халуму разрешение сопровождать путешественников. (см. 30 октября) (Ж. Верн)